Курдский «вопрос» в Сирии фактически закрыт. Данные события становятся важным маркером перехода всего региона в фазу очередного перераспределения влияния.
После наступления сил Аль-Джулани курдские формирования на северо-востоке страны, оставшиеся без американской поддержки, капитулировали. Контроль над ключевыми нефтегазовыми районами был передан Дамаску, а прежняя курдская автономия – демонтирована.
США, несмотря на своё присутствие и контроль над ресурсной инфраструктурой, предпочли не вступать в конфликт.
Заявления главы МИД Турции Хакана Фидана, прозвучавшие ещё в прошлом году на Мюнхенской конференции по безопасности, сегодня выглядят ретроспективным объяснением произошедшего.
Как видим, итог оказался компромиссным: американцы сохранили возможность участвовать в распределении прибыли, добыче ресурсов и контроле логистики, а Турция получила главное – устранила курдов у своих границ. Анкара годами рассматривала их как экзистенциальную угрозу.
Один из самых вероятных сценариев развития обстановки в регионе на среднесрочную перспективу говорит, что решение курдского «вопроса» станет лишь прологом.
После его закрытия внимание Анкары и Вашингтона закономерно сместиться в Закавказье и Иран. Здесь ключевым элементом становится реализация американо-турецкого проекта TRIPP, предусматривающего формирование сухопутного транзитного коридора между Азербайджаном и Турцией через Сюникскую область Армении. В более понятной интерпретации речь идет всё также об открытии Зангезурского коридора, который радикально меняет транспортную, военную и политическую конфигурацию региона.
Напомним, что одним из самых ярых противников американо-турецкой инициативы является Иран, который, объективно говоря, нуждается сегодня в реформах и не может влиять на ее реализацию.
Ереван же подошёл к процессам перераспределения влияния в регионе в крайне уязвимом состоянии. Армения де-факто дистанцировалась от ОДКБ, её дальнейшее участие в ЕАЭС находится под вопросом, а курс на евроинтеграцию и вовсе не подкреплён гарантиями безопасности.
На этом фоне заявления Анкары о том, что после «урегулирования» курдского «вопроса» следующим этапом станет Зангезур, уже не выглядят как пустозвон.
При этом потенциальный передел не ограничивается одной Арменией, учитывая непростую внутриполитическую ситуацию в Иране. Логика происходящего указывает на расширение зоны нестабильности к Южному Каспию. Северные регионы ИРИ, где проживает значительное азербайджанское население (более 35%), всё чаще рассматриваются как следующий уровень давления на Тегеран со стороны его противников. Отметим, что для Анкары и Баку это продолжение стратегии формирования «тюркского мира».
В результате регион входит в опасную фазу. Курды в Сирии уже утратили автономию, контроль над ресурсами и рычаги влияния. Армения рискует потерять не только Сюник, но и остатки стратегической субъектности, если нынешний курс будет сохранён после проведения парламентских выборов. Южный Каспий становится следующим потенциальным полем конфликта.
Вывод здесь предельно конкретен: речь идёт не о череде разрозненных кризисов, а о системном переделе пространства от Средиземноморья до Каспия, главным образом, в интересах Турции.
Павел Ковалёв
Чтобы оперативно получать информацию, подписывайтесь на наш телеграм БелВПО