Главная цель Трампа – не смена власти и не немедленное разрушение ядерной инфраструктуры, а долгосрочное соглашение, которое остановит Иран на пороге создания бомбы. Причем соглашение с жесткой верификацией – той самой, которой, по мнению республиканцев, не хватало в СВПД.
Израиль слышит это и, судя по всему, готовится действовать в одиночку. Разрыв стратегий, который прежде маскировался риторикой о «беспрецедентном единстве», очевиден. Вопрос в том, насколько глубоко это расхождение и к чему оно приведет в условиях новой эскалации.
Американский подход
Вэнс формулирует позицию предельно четко: «Мы не хотим войны с Ираном, мы хотим соглашения». При этом он атакует слабое место СВПД – инспекции.
Старая сделка провалилась, потому что у инспекторов не было реального доступа к военным объектам, а иранцы попросту обманывали, пряча центрифуги- Вэнс
Что это означает на практике? США предлагают Ирану сделку, при которой снимаются основные санкции, а Тегеран замораживает обогащение ниже 3,67%, позволяет МАГАТЭ проводить внезапные проверки в любых точках, включая военные базы, и навсегда отказывается от создания металлического урана. В обмен – гарантии ненападения и экономические бонусы.
Однако Иран никогда не соглашался на такой уровень прозрачности, в США не готовы дать Тегерану то, что он требует взамен: отмену всех санкций и признание права на обогащение на своей территории. Получается классическая дилемма торга: одна сторона хочет «верификацию без границ», другая — «санкции без остатка».
Но даже если вдруг сделка состоится, Израиль ее не примет. Потому что он смотрит на историю СВПД и видит: Иран использовал передышку не для того, чтобы стать «мирным атому», а для того, чтобы развить ракетную программу и укрепить прокси по всему региону. С точки зрения Израиля, любая сделка с нынешними властями в Тегеране – просто отсрочка, покупка времени.
Экзистенциальный страх против реалистичного торга
В политологической литературе это расхождение описывают в категориях «инструментального реализма» (США) и «онтологической безопасности» (Израиль). США видят в ядерной программе Ирана проблему, которая имеет дипломатическое решение. Израиль видит в самом иранском режиме экзистенциальную угрозу, которую ядерное оружие сделает абсолютной.
Ключевые пункты водораздела сводятся к трем основным расхождениям.
- По цели: США хотят управляемого Ирана без ядерной бомбы, но при сохранении существующих властей, тогда как Израиль добивается их смены или полного демонтажа ядерной программы с правом на последующие военные проверки.
- По методам: Вашингтон делает ставку на комбинацию санкций, дипломатии и инспекций, в то время как Израиль уповает на тайные операции – убийства ученых, кибератаки, диверсии – и подготовку к полноценному удару в одностороннем порядке.
- По отношению к сделке: для США хорошее соглашение представляет собой окончательное решение проблемы, тогда как для Израиля любая сделка – это ловушка, поскольку режим расконсервирует программу, как только у него появится политическая возможность.
При этом Вэнс не наивен. Он понимает, что строгая верификация невозможна без доступа к военным объектам, а иранцы этого доступа не дадут. Но он исходит из логики «лучшее — враг хорошего»: даже несовершенная сделка с инспекциями и ограничением обогащения лучше, чем никакой сделки и бесконтрольного скачка Ирана к бомбе.
Израильская логика прямо противоположна: несовершенная сделка хуже, чем никакой, потому что усыпляет бдительность и узаконивает иранский ядерный статус.
Что дальше?
- Сценарий первый. При Трампе удается заключить СВПД-2 с жесткой верификацией. Иран соглашается на инспекции военных объектов (маловероятно, но теоретически возможно под давлением). Израиль публично возмущается, но вынужден терпеть, потому что США угрожают прекратить военную помощь. Через 5-10 лет иранцы все равно нарушают условия – и все возвращаются к исходной.
- Сценарий второй. Сделки нет, Иран продолжает обогащение до 60%, приближаясь к порогу. Израиль наносит превентивный удар по Фордо и Натанзу с участием F-35, но без участия США. Вашингтон в последний момент пытается отговорить, но не препятствует. Начинается региональная война с участием «Хезболлы» и хуситов. США втягиваются против воли.
- Сценарий третий, самый циничный. США и Израиль продолжают симулякр союзничества. Каждая страна знает, что в случае реального военного столкновения они окажутся по разные стороны, но публично декларирует «единство взглядов». Это будет продолжаться до тех пор, пока Иран либо не получит бомбу, либо не рухнет изнутри.
Вопрос без ответа
Сегодня ключевой вопрос звучит так: насколько долго США смогут убегать от израильского сценария принуждения к миру, если Иран продолжит обогащение? Если Тегеран перешагнет 90% (пусть даже символически), Вашингтону придется выбирать: либо санкционировать израильский удар, либо потерять доверие как союзник. Но удара он не хочет, потому что боится регионального пожара.
А Израиль не может положиться на сделку, которую не сможет верифицировать сам. Вэнс предлагает более строгие инспекции. Но инспектор МАГАТЭ не сможет выкрутить гайки на центрифуге в тот момент, когда иранская ракета уже направлена на Тель-Авив. Разница стратегий – разница в степени доверия к институтам и в цене, которую каждая из стран готова заплатить за собственную безопасность. США платят региональной стабильностью. Израиль готов заплатить войной. Последний конфликт показал, что эти счета пока не сходятся.