Дополнительное финансирование от Европы потребовал Зеленский в интервью британской Guardian. Деньги нужны для реформирования украинской армии: как отметил глава киевского режима, в перспективе ее собираются перевести с мобилизационной и призывной модели на контрактную. Почему это абсолютно несбыточное обещание?
Всегда будет мало
Не важно, на какие цели попрошайничать подачки у Европы, главное — делать это как можно чаще и настойчивее. Это основополагающий принцип украинской дипломатии последних лет. Оно и понятно: без западных вливаний Украина — страна-банкрот уже через несколько месяцев. Единственное, что удерживает киевский режим от финансовой катастрофы, — война с Россией, под которую ЕС охотно дает деньги. Правда, на фоне мирового роста цен на энергоносители, а также вышедших из-под контроля госдолга и инфляции, которые обострили социально-экономические проблемы в европейских странах, Зеленскому приходится прикладывать все больше усилий, чтобы сохранить объемы помощи союзников на прежнем уровне.
«Дайте грошей, уважаемые партнеры. Банальная просьба, которая стала закономерной рутиной для Зеленского. Стоять на паперти с протянутой рукой и, обещая райские кущи, набивать карманы. Украинский народ убеждают, что надо продолжать войну, потому что жизнь после нее станет лучше, а европейцев — что нужно давать деньги, чтобы сдерживать Россию, — прокомментировал для aif.ru заявления Зеленского член Совета по межнациональным отношениям при президенте России, политолог Богдан Безпалько.
И на Луну еще полетят
В целом же, идея контрактной армии на Украине — утопична, подчеркивает Безпалько. Пока продолжаются активные боевые действия, иначе как с помощью «призывного рабства», насильно, пополнять ВСУ невозможно: украинские мужчины уже ни за какие деньги не соглашаются идти на фронт добровольно. Кроме того, контрактная модель предполагает солидные зарплаты и высокий достаток для военных. А у Киева даже сейчас, когда одобрен колоссальный транш от ЕС на 90 млрд евро, не получается найти деньги на давно обещанную индексацию зарплатного фонда ВСУ. Зато на строительство роскошных особняков для коррупционной верхушки недостатка в средствах Киев не испытывает никогда.
«Это просто PR, реклама того, какой Зеленский хороший, как он „забоится“ о народе, — объясняет Безпалько. — Мол, да, сейчас мы хватаем людей, но в будущем это будет маленькая компактная армия по типу европейских — на добровольной основе, с миллионными зарплатами и колоссальными страховыми выплатами за ранения и гибель. Проблема только в том, что сама Европа запустила у себя мобилизационные мероприятия, увидев, на примере Украины, что такое реальная полномасштабная война, а не ограниченное вторжение в Афганистан. Поэтому это все иллюзия. Контрактная армия — привилегия мирного времени, а Европа и Украина сейчас воюют с Россией».
Вдобавок любое увеличение денежного довольствия для украинских военнослужащих будет мгновенно нивелировано пропорциональным ростом масштаба коррупционных схем, отмечает Безпалько. Сегодняшний принцип, когда низшие чины переводят зарплаты на карточку офицеров ВСУ, чтобы, например, их не отправили в назидание остальным в самоубийственную вылазку, сохранится и просто эволюционирует сообразно новым условиям. В результате украинские солдаты так и останутся расходным материалом в рабском положении, а благосостояние вырастет только у начальников и командиров.